Anima Astrologiae

или

Руководство для астрологов

146 афоризмов Гвидо Бонатти изданы в сборнике Anima Astrologiae.

Подробнее о книге см. здесь

Как приобрести книгу см. здесь

Рассуждения прославленного ГВИДО БОНАТТИ точно переведенные на английский а также избранные афоризмы из КАРДАНОВЫХ "СЕМИ СЕГМЕНТОВ" переведенные и методически кратко изложенные под их собственными заголовками. С новой таблицей неподвижных звезд, уточненной для лет наступающих и различными другими необходимыми иллюстрациями. Работа наиполезнейшая и необходимая для всех студентов, и рекомендована в качестве таковой сынам искусства Вильямом Лилли

 

Перевод Антона Григорьева

 

Мы начинаем публикацию одного из основополагающих трудов по традиционной астрологии «Anima Astrologiae» состоящего из «146 суждений» Гвидо Бонатти и «Семи сегментов» Кардана.

О Гвидо Бонатти известно не так уж много, он родился в Форли (Италия), около 1230 года, умер в 1300 году.  Изучал право, но позже стал заниматься только астрологией и астрономией. Является, пожалуй, самым известным астрологом XIII столетия. Прославился благодаря своему фундаментальному труду, состоящему из десяти трактатов,  Liber Astronomiae, а также успешной службе в качестве придворного астролога у герцога Гвидо ди Монтефельтро.   

Известна история, в которой рассказывается о том, как Бонатти, сидя на башне замка, руководил ходом битвы, ударяя в колокол в благоприятные моменты для атаки противника. По первому удару колокола следовало выводить лошадей, по второму – воины садились в седло, а по третьему – открывали ворота и атаковали противника и с победой возвращались домой. Гвидо ди Монтефельтро, по свидетельствам историков (Филиппо Милани) выиграл множество сражений, опираясь на советы астролога.

Бонатти был абсолютно прямым в своих требованиях к   искусству. Все вещи [говорил он], известны астрологу. Все, что имело место в прошлом, все, что случится в будущем – все явлено ему,  он знает эффекты небесных движений, и которые были,  и те, которые есть, и те, которые будут,  он знает, в какое время они будут действовать, и какие эффекты они должны произвести. 

Имя Бонатти известно не только астрологам, но и любителям литературы: великий Данте Алигьери  в двадцатой песне своей «Божественной комедии» упоминает Бонатти, находящегося в девятом круге Ада, там, где томятся астрологи и предсказатели.

 

Предисловие переводчика

 

Сборник "Anima Astrologiae" вышел в свет в 1676 году, хотя закончен был  уже в 1675. Не исключено, что Лилли и Коули решили дождаться года столетия со дня смерти Иеронима Кардано - астролога, чьи афоризмы составляют часть сборника. "Anima Astrologiae" явилась своего рода последним аккордом, последним серьезным астрологическим произведением, которое Лилли представил публике. На этот раз он выступил в качестве редактора и автора немногих примечаний, основную же работу по переводу проделал его друг и ученик Генри
Коули, который на следующий год после публикации этого сборника стал секретарем своего учителя.

Сборник состоит из двух частей - рассуждений Гвидо Бонатти и афоризмов Иеронима Кардано.

146 рассуждений Бонатти - это пятый трактат его знаменитых десяти астрологических трактатов, известных также, как "Liber astronomiae".     Рассуждения в основном представляют из себя рассмотрение Бонатти некоторых  астрологических правил, а иногда приближаются к жанру астрологического афоризма. Некоторые из рассуждений снабжены любопытными примерами и историями из практики Бонатти.

Афоризмы Кардано - это избранные афоризмы из его так назывемых "Семи сегментов", которые были сгруппированы по тематическим блокам самим Коули.

Включив в сборник произведения Бонатти и Кардано, Лилли и Коули как бы охватили всю предшествующую историю развития астрологии в Европе с того момента, как она возвратилась в христианский мир через арабов, и до конца XVI века. Перевод Коули нельзя назвать очень точным, временами он отчасти напоминает пересказ и не лишен тенденции к интерпретации в противовес дословной передаче оригинала. Но мы не должны забывать, что перевод сделан опытным практикующим астрологом, а редактирован еще более опытным, безусловно владевшими традицией интерпретации астрологического текста. И, в конечном итоге, любой перевод - это неизбежная интерпретация.

Следует сказать несколько слов о самом жанре астрологического афоризма. Для начинающих астрологов афоризмы нередко представляют собой значительный соблазн. Внешне понятное и конкретное правило как бы само напрашивается к немедленному применению или проверке на практике. Но ничего, кроме разочарования подобный путь новичку не сулит. Дело в том, что афоризм в астрологической традиции играет особую роль, он не существует сам по себе, как отдельное правило, но является частью процесса традиционного суждения, причем обычно частью заключительной. Прежде, чем применить афоризмы, относящиеся, например, к насильственной смерти, которые чаще всего дают очень точное описание вида смерти, астролог сперва должен применить общие правила суждения по этому вопросу, которые покажут, возможно ли вообще применение афоризмов. Поэтому я хотел бы предостеречь начинающих астрологов от поспешных суждений, которые могут принести лишь разочарование в искусстве, и порекомендовать следовать традиционному правилу - общее прежде частного, то есть сперва применять общие правила, а затем афоризмы.

  

К  острым умом любителям искусства

 

У нас прежде были мысли об исправлении нашего "Введения в астрологию", тогда опубликованного, и обогащении его для другого издания избранными афоризмами из написанного древними и нашего собственного многолетнего опыта, но трудоемкость той работы, учитывая наш возраст и многие немощи тела, вкупе с неодобрением, с которым мы постоянно встречаемся со стороны неких неблагодарных персон, побудили нас отложить (по крайней мере до настоящего времени) те намерения.

Однако мы не можем совсем не способствовать ничему, что может служить успеху искусства и удовлетворению его трудолюбивых студентов, и зная, сколь необходимо знать и принимать во внимание следующие рассуждения Гвидо Бонати и приложенные афоризмы, чего многие из наших острых умом соотечественников не могли сделать, ибо они до настоящего времени оставались на латинском языке вместе с остальными работами тех авторов в больших томах, которые трудно добыть и слишком накладно для многих купить, поэтому мы рекомендовали другу их перевести самим, что он рассудительно сделал ясным языком, так что мы рассудили, что работа может быть достойна заглавия "Anima Astrologiae", которое мы ей и дали; содержащую в себе суть и существо астрологии, и весьма превосходный материал, необходимо изучить всем честным студентам, которые практикуют искусство для раскрытия истины, а не для похвальбы.

Мы не сомневаемся, что лишь законнорожденные сыны и благожелатели Урании извлекут значительную пользу из этого, наставляющего их уверенно давать суждения во всех случаях, и что они будут иметь основание поблагодарить своих старых друзей за это издание. 

Вильям Лилли
Уолтон-на-Темзе
2 августа 1675

 


Обращение к читателю Генри Коули

Ты будешь здесь одарен двумя избранными частями искусства на нашем родном языке; первая – рассуждения Гвидо Бонатти, персоны не менее удачливой в практике, чем искусной в теории астрологии, чему я здесь дам тебе один пример, как он записан выдающимся историком Fulgusos, том 8, гл. 11. Гвидо, граф Мон-Серра был осажден в том городе, наш автор, Бонати, послал ему сообщение, что если в такой-то день и час он изволит совершить вылазку на вражеский лагерь, он нанесет им абсолютное поражение, и силы их снимут осаду и освободят место, но ему самому следует получить опасную (но не смертельную) рану в бедро. Граф принял его совет, совершил вылазку в назначенный день, приготовив себе все необходимые вещи на случай ранения, и в соответствии с предсказанием, несмотря на гораздо меньшую численность, одержал выдающуюся и самую полную победу, но осуществляя преследование был ранен в предсказанное место, от чего в краткое время исцелился.

Вторая состоит в избраннейших афоризмах Кардана, мужа известного ученому миру, и которому рассудительный и требовательный Скалигер (хотя и соперник) в предисловии к книге, которую он написал против него, отдавал должное и восхищался его характером. Эти афоризмы (под которыми подразумеваются краткие, понятные и испытанные правила искусства) были в оригинале представлены беспорядочно, но я для большего порядка взял на себя труд расположить их здесь под отдельными подходящими заголовками, и чем я не могу без нужды нагружать читателя, опуская те, которые выглядели незначительными или излишними. Этого, я думаю, изрядно для введения, добавлю лишь, что по причине моей отлучки некоторые ошибки остались в печатном тексте, кроме того, те, за которые я сам могу  заслуживать упрека, как переводчик. Читатель покажет свою рассудительность, распознав их, и свою добрую натуру, извинив их.

Vale. Г. К.  

 

Предисловие 

Среди тех вещей, которые относятся к даче суждения в вопросах астрологии, главным образом обсуждаются шеcть: 1. народы и их конкретные племена; 2. семьи и состояния и расположение семей и домов; 3. богатые и могущественные персоны, характеры и занятия; 4. имеющее отношение к индивидуумам из рода человеческого; 5. выбор времени, подходящего для начала какой-либо работы или предприятия; 6. вопросы, как общие, так и конкретные, подобающие и соответствующие потребности.

Но прежде всего, необходимо предпослать некоторые вещи: подходящий образ предложения вопроса на обсуждение и различные другие темы, изучаемые при даче суждения. Коего вида рассуждений мы насчитали не менее ста сорока шести, которые хотя и не случаются или наблюдаются все вместе, однако они заслуживают того, чтобы их знать, и без них астролог никогда не будет способен дать истинное и безупречное суждение. Но, прежде, чем мы приступим к ясному изложению их, будет удобным сказать немного о правильном способе или манере, каковым следует предлагать вопрос; ибо судить о наступающих вещах – непростое дело, и не всегда может быть точно осуществлено; но мы можем быть близки к истине и разойтись с ней лишь в некотором  малом моменте или обстоятельствах; которая трудность вовсе не должна отбить у нас охоту к изучению и стремлению приобретать столь великие познания в этом, к каким способен человеческий разум. Ибо раз низшие управляемы высшими (с чем все согласны), и природа и характер тех высших может быть узнана по их движениям, которые теперь в точности раскрываются сведущими в астрономии, поэтому мы, несомненно, можем достигнуть способности судить о наступающих вещах: то есть объявить, что случится посредством или из таких их движений, и как следствие, правдиво предсказать будущие события. У этого искусства свои особые правила и афоризмы, и их итог – суждение, которое снимает возражения тех, кто говорит, будто в астрологии нет ничего стоящего. Ибо это не было бы искусством, если бы у него не было своих заповедей; но это искусство, у нас в другом месте есть достаточно доказательств, которые общепризнанны, и его цель, как выше было сказано, давать суждение о событиях, запечатленных в низших посредством движений высших тел, и их качествах и последствиях.

 

Рассуждения Гвидо Бонати

1.    Первое, изучить, что подвигло персону предлагать или задавать вопрос астрологу; где мы должны отметить три побуждения: первое – рассудка, когда человек возбужден в своих мыслях и намерен вопрошать; второе – высших и небесных тел, если только они в тот момент отпечатались на вещах, о которых спрошено, что случится с этим; третье – свободной воли, которая склонила его именно к акту вопрошания. Ибо хотя разум побужден спросить, этого не достаточно, если только высшие тела не в согласии с этим, также не достаточно такого движения звезд, если только не по выбору своей воли персона в настоящее время вопрошает. 

2.     Второе рассуждение (как мы намекали прежде) есть метод или способ, который должен изучить каждый спрашивающий астролога; который таков: когда он намеревается получить суждение владеющего искусством о вещах прошедших, настоящих и будущих, ему следует, во-первых, с благоговением молиться Господу, от Кого проистекает успех каждого законного предприятия, чтобы Он изволил одарить его знанием правды о тех вещах, о которых он хотел бы принять решение.  

И затем пусть он обратится к астрологу с серьезным намерением рассеять некое определенное и конкретное сомнение; и это не по пустячному событию или от внезапных легковесных эмоций, тем более о предмете безосновательном или беззаконном, как поступают многие невежественные люди, но о вещах подлинно важных и таких, которые занимают и тревожат его разум на протяжении дня и ночи или дольше, если только не о внезапных событиях, которые не допускают промедления.

Примечание Лилли.  Те, кто примет эту здравую линию поведения, откроют истину о том, о чем они спрашивали, но кем бы ни был поступающий по иному, он обманывает и себя, и владеющего искусством. Ибо глупый кверент может привести мудрого ответчика к ошибке, которая приведет к злословию против искусства среди опрометчивых людей, тогда как виноват не астролог, а невежественный, глупый кверент.

3.     Третье, рассмотреть, сколькими путями планеты действуют на низшие тела, в соответствии с различными качествами их движений; там будет шестнадцать различных путей, каковыми они действуют и производят результаты во всех вещах, которые целиком или частично выполняются или разрушаются. 

4.     Четвертое, конкретно рассмотреть каждый из шестнадцати путей, и что является содействующими причинами, которые помогают продвигать вещи к выполнению, и что разрушает вещи после их выполнения.

Итак, из них:

1. профекция или продвижение вперед чего-либо или куда-либо, которое философы называют Alchecohol.

2. Ущерб, который они называют Aliber.

3. Соединение или реверсия, которую они называют Alitifall.

4. Сепарация, которую они называют Alnichirat.

5. Передача света, которую они называют Annecad.

6. Собирание, которое они называют Algemei.  

7. Воспрещение, которое они называют Almana.

8. Рецепция, называемая Alcobol.

9. Нахождение в свободном уходе, называемое Gastalcobal.

10. Разрешение, называемое Galaalocir.

11. Восстановление или придание силы или характера, называемые Alteat.

12. Отнятие силы, называемое Dalpha Alchoa.

13. Отнятие или отослание характера, называемое Daffaredbit.

14. Стойкость – Alcoevah.

15. Слабость – Adirof.

16. Состояние Луны, называемое Gnaymel или Луна неблагожелательная, что, как считали древние, обычно имеет злое значение.

5. Пятое, рассмотреть, сколькими путями Луна становится неблагожелательной, коих обычно насчитывают десять, но, по моему мнению, еще семь могут быть добавлены, посредством которых препятствия и ущерб случаются во всех вопросах, натальных картах, элекциях и каких бы то ни было действиях. Первое, Луна сожжена, так сказать под солнечными лучами, которые простираются от 15 градусов до тела Солнца, когда она приближается к нему, до 12 градусов от него, когда она уходит от него; потому что когда она уходит, когда у нее есть пять градусов расстояния, она называется избавленной, хотя и не полностью свободной. Как то, когда лихорадка оставила человека, он называется поправившемся, хотя он слаб и ослаблен, поскольку он теперь спокоен за то, что вновь приобретет здоровье.

Второе, когда она в градусе своего понижения, который 3-ий градус Скорпиона, или в какой либо части Скорпиона или Козерога, или присоединяется к какой-либо планете, которая в ее или своем собственном понижении, как если она будет соединяться с Солнцем, которое в Скорпионе или Козероге или в собственном понижении, viz. в Водолее или Весах, viz. в 19-ом градусе или в какой-либо части Весов; или будет соединяться с Марсом, и он в Весах или Тельце, или в 28-ом градусе или в какой-либо части Рака; и так с любой другой планетой или планетами соответственно.

Третье, когда она расположена в каком-либо сожженном градусе, из которых наихудшие: те 12 градусов, которые перед градусом прямо противоположным градусу, в котором находится Солнце, где бы ей ни случилось быть.

Четвертое, когда она в соединении, оппозиции или квадратуре с любым из несчастливых, Сатурном или Марсом, без совершенной рецепции; ибо с ней это препятствует незначительно, но во всех других местах это серьезное воспрепятствование, как сказано: и в аспекте, и в телесном соединении, за исключением лишь того, когда у несчастливой будет два ее меньших достоинства, как то Сатурн в 4 последних градусах Овна или Близнецов, в каждых из которых у него терма и триплицитет, или Марс в последних 10 градусах Рыб, где у него фас и триплицитет, и так в любом другом знаке или месте.

Пятое, когда она с Драконовой Головой или с Драконовым Хвостом, что в двенадцати градусах от любого из них, поскольку это место, где она затмевается.

Шестое, когда она в Близнецах, которые являются двенадцатыми от ее собственного дома.

Седьмое, когда она в концах знаков, которые все являются термами несчастливых, исключая 6 градусов Льва, которые принадлежат Юпитеру, но в первых восьми она ослаблена, поскольку они являются термами Сатурна. Если на это возразят, что по той же причине она должна быть воспрепятствована также и в первых 6 градусах Рака, поскольку они являются термами Марса, я отвечу нет, поскольку Рак – ее собственный дом и наивеличайшая стойкость.

Восьмое, когда она в 6-ом, 8-ом, 9-ом или 12-ом домах (не в рецепции с асцендентом) или присоединяется к какой-либо планете, которая в любом из них или расположена в третьем доме, поскольку он падающий из углов; однако, поскольку тот называется ее радостью (или что она наслаждается в нем), она не поражена там настолько, насколько в других падающих домах.

Девятое, когда она между 15-м градусом Весов и 15-м градусом Скорпиона, кои 30 градусов называются Сожженной Дорогой.

Десятое, когда она в свободном уходе, то есть не присоединяется к какой-либо планете телесно или аспектом, или в том состоянии, когда они называют ее дикой или брошенной, то есть в месте, где у нее нет никакого достоинства.

Одиннадцатое, когда она медленная в движении, поскольку тогда она может быть уподоблена ретроградной планете.

Двенадцатое, когда она недостаточна в свете, так что никакая ее часть не видна или видна очень малая, что случается вблизи конца лунного месяца.

Тринадцатое, когда она осаждена двумя несчастливыми, воспрепятствующими ее.

Четырнадцатое, если она в градусах Azimene.

Пятнадцатое, если в провальных градусах.

Шестнадцатое, если в туманных градусах.

Семнадцатое и последнее, когда она расположена в тех градусах, которые называются темными, которые узнать и распознать ты сможешь в таблицах, обычных для большинства книг по астрологии.

6. Шестое рассуждение – рассмотреть другие способы, которыми планеты ослабляются или поражаются, не сильно отличающиеся от предшествующих, и наступающих десятью способами.

Первое, когда планета падающая из углов или из асцендента, так что она не созерцает его. 

Второе, когда планета ретроградная.

Третье, если сожженная, то есть в 15 градусах до или после Солнца; нижние планеты больше ослаблены, будучи позади Солнца, и – меньше  впереди него, когда они директны, а когда ретроградны – наоборот.

Четвертое, когда какая-либо из них в оппозиции, телесном соединении или квадратуре с любым или с обеими из несчастливых без рецепции.

Пятое, когда они осаждены несчастливыми, а именно, отходят от одного и присоединяются к другому, без совершенной рецепции по домам, экзальтациям или двум из меньших достоинств, каковы термы, триплицитеты и фасы.

Шестое, когда планета присоединяется к другой в ее понижении или падении, то есть в оппозиции к ее собственному дому или экзальтации.  

Седьмое, когда присоединяется к планете, падающей из асцендента, или уходит от планеты, которая воспринимает его, и присоединяется к другой планете, которая не воспринимает.

Восьмое, когда планета перегрин, то есть в месте, где у нее нет никакого достоинства; или, будучи одной из высших, следует впереди Солнца, или, будучи низшими, следуют за Солнцем.

Девятое, когда планета с Головой или Хвостом Дракона, не считая широту.

Десятое, когда планета ослабляет сама себя, то есть, когда она в седьмом доме от ее собственного, дикая или не в рецепции.

Эти воспрепятствования планет, вызывают препятствия, задержки и беды в натальных картах, вопросах, элекциях и т. д.; с ними всеми тебе следует хорошенько ознакомиться. Там несколько больше, чем кажется необходимым знать, но во избежание скуки и неразберихи я в настоящий момент опускаю их. 

7. Седьмое – рассуждение  остерегаться тех причин, по которым астролог ошибается или заблуждается, из коих ученые называют четыре.

Первая, когда кверент так глуп, что не знает ни как спросить, ни что бы он желал получить. 

Вторая, когда время, на которое строится фигура, ошибочно.

Третья, когда владеющий искусством не знает, прошло ли Солнце линию Середины Небес или по-прежнему на ней, или позади или перед ней.

Четвертая, когда счастливые и несчастливые будут одной силы; в этот момент тебе не следует принимать вопрос. Но, по моему мнению, могут быть добавлены еще три пути, которыми астролог приходит к ошибке.

Первый, когда кверент приходит только испытать его или обмануть, как многие делают говоря: "Пойдем к такому-то астрологу, и спросим его о такой-то вещи, и посмотрим, скажет он нам правду или нет". Точно как евреи, задававшие вопросы нашему Господу Иисусу Христу, не столько разрешить их, как искушать и обольщать Его.

 Второй, которым владеющий искусством будет склонен ошибке, это когда кверент задает вопрос без серьезного и твердого намерения, как некоторые делают, когда они встречают астролога случайно, или, придя к нему по другому делу; внезапно они подумают о чем-то и спрашивают, прощаясь, тысяча к одному, что случится ошибка. Но ты должно быть готов сказать: «Как я узнаю, пришел ли кверент с серьезным намерением, или просто испытать меня?» На это я отвечу, что сие выглядит весьма непонятным и трудным, вполне раскрыть это, но это я часто проверял и нашел истинным, viz. я изучаю час вопроса, и если асценденту случится быть тогда весьма близко к концу одного знака и началу другого, так что он выглядит как бы между ними, я говорю, что они не спрашивают серьезно, или они пришли испытать меня; и у меня бывало часто,  что мне признавались в том, что я сказал правду, и начинали думать, что я знал больше, чем они прежде полагали. В таких случаях я говорю: «Молю, друг, не беспокой меня, если только ты не спрашиваешь серьезно, ибо я подозреваю, что ты изволишь обманывать меня, задавая этот вопрос не так, как следовало; однако, если ты будешь меня беспокоить по своему желанию, будь любезен, дать мне удовлетворение за мои труды.»; и тот час же, если было какое-либо лживое намерение, они уходили прочь. Еще один, viz. третий путь, которым астролог может быть приведен к ошибке, это когда господин асцендента и господин часа не один и тот же, или же господин часа не одного триплицитета или не одного темперамента с асцендентом; ибо тогда вопрос не радикален, как я часто убеждался на опыте. И я скажу, что должно быть ты знаешь, для какой персоны, тебе следует давать суждение; ибо как кто-то сказал: «Исход вещи – в соответствии с озабоченностью кверента, и того, пришел ли он, испытывая настоятельную потребность, печальный, задумчивый и надеющийся, что твое искусство знает как, и способно удовлетворить его правдой о деле; и в таком случае ты можешь спокойно решиться ответить на вопрос.» 

8. Восьмое рассуждение – помнить, сколько вышеназванных способов, необходимых для использования и учета при даче суждений, ты рассматриваешь; и их – тридцать, то есть, шестнадцать воспрепятствований Луны, десять – других планет, как было сказано, и кроме того, все те несколько планетных радостей, коих четыре. Из которых первая – дом, в котором каждая планета наслаждается, как то Меркурий в асценденте, Луна в третьем, Венера в пятом, Марс в шестом, Солнце в девятом, Юпитер в одиннадцатом, Сатурн в двенадцатом. Вторая – это когда планета в знаке, в котором она наслаждается, как то Сатурн в Водолее, Юпитер в Стрельце, Марс в Скорпионе, Солнце во Льве, Венера в Тельце, Меркурий в Деве и Луна в Раке. Третья – это когда дневные планеты, как то Сатурн, Юпитер, Солнце и Меркурий, в дневных домах, на востоке и восточные относительно Солнца рядом с гороскопом; и ночные планеты, как то Марс, Венера, Луна и Меркурий, в ночных домах, на западе и западные по отношению к Солнцу, особенно рядом с куспидом седьмого. Четвертая – это когда три высших: Сатурн, Юпитер или Марс, в мужских четвертях, которые продолжаются от куспида десятого дома до куспида асцендента и от куспида четвертого дома до куспида седьмого дома; и когда женские, viz. Венера или Луна, в женских четвертях, которые от куспида асцендента до куспида четвертого дома и от куспида седьмого до куспида десятого. Что до Меркурия, он наслаждается, когда с мужскими планетами – в мужских четвертях, а с женскими планетами – в женских. 

9. Девятое рассуждение – отметить различные пути, как тайные, так и явные, добрые и злые, которыми вещам помогается или препятствуется произойти или не произойти, и таковых числом один и двадцать.  

1. Наисильнейший тайный помощник.

2. Очень сильный тайный помощник.

3. Сильный помощник.

4. Слабый тайный помощник.

5. Более слабый тайный помощник.

6. Наислабейший тайный помощник

7. Наисильнейший явный помощник.

8. Очень сильный явный помощник.

9. Сильный явный помощник.

10. Слабый явный помощник.

11. Более слабый явный помощник.

12. Наислабейший явный помощник.

13. Наисильнейший тайный препятствующий.

14. Очень сильный тайный препятствующий.

15. Сильный тайный препятствующий.

16. Слабый тайный препятствующий.

17. Более слабый тайный препятствующий.

18. Наислабейший тайный препятствующий.

19. Наисильнейший явный препятствующий.

20. Очень сильный явный препятствующий.

21. Наисильнейший явный препятствующий. Все их мы рассмотрим подробно, что является тайной тайн. В юдициальной части астрологии, которую древние не рассматривали, и ничего сказанного ясно об этом я не нашел, за исключением лишь того, что Haly[1] кажется чуть коснулся этого в своем толковании 23-го из Птолемеева "Centiloquium";  я не верю, что они опустили эти вещи по невежеству, но скорее по неупотребительности или опасаясь излишней утомленности или обремененности разума их читателей или слушателей. Ибо они имели обыкновение судить в соответствии с тем, как они находили планеты расположенными в домах и знаках, их крепостями и слабостями, вместе со Жребием Фортуны и еще несколькими другими вещами. 

Но ты должен рассматривать в своих суждениях не только то, что они делали, но также все другие детали, которые ты можешь.

Когда ты построишь фигуру, тебе следует сперва найти сигнификатор вещи, о которой спрашивают или которую предприняли, и смотри, если какая-либо из неподвижных звезд его собственной природы будет либо в его доме, либо в его экзальтации, либо в соединении с ним до минуты, тогда такая звезда настолько поможет сигнификатору, что вещь завершится и осуществится, даже сверх надежд кверента, и это наисильнейший тайный помошник, ибо кверент может поразиться тому, как это произошло. Так вот, если та звезда будет в одном градусе с сигнификатором от одной минуты до 15 минут впереди него или 5 минут позади него, это будет по-прежнему помогать ему, но не так сильно, и это мы называем очень сильным тайным помощником; а если она будет с ним в одном градусе, но расстояние свыше 16 минут и в пределах 50, это будет немного помогать, хотя и менее, и это мы называем в положительной степени лишь сильным тайным помощником. Если она будет в одном градусе с сигнификатором в месте, где у него два его меньших достоинства, в точно той же минуте или в пределах 16 минут, это поможет ему, хотя меньше, и тогда это слабый тайный помощник; от 16 минут до 50 минут еще меньше, и тогда это более слабый тайный помощник; а если она будет с сигнификатором в месте, где у него совсем нет достоинств, это по-прежнему поможет, но это будет неощутимо, и это мы называем наислабейшим тайным помощником. Подобно мы можем сказать противоположное о тех вещах, которые наносят ущерб, расстраивают и препятствуют делу. Ибо если планета, которая является сигнификатором чего-либо, будучи в месте, где у нее нет каких-либо достоинств, будет соединяться с одной из неподвижных звезд противоположной природы, это будет ослаблять ее и не позволит вещи произойти, даже если в других отношениях по фигуре это никогда не выглядело столь вероятным, так что не обратя на это внимание, владеющий искусством часто вызывает недоверие и хулу на само искусство среди невежд, и это наисильнейший тайный препятствующий; тогда как если та звезда будет удалена более, чем на 16 минут от сигнификатора, это будет ослаблять его, но в целом не так сильно, отсюда она может быть названа лишь очень сильной тайной препятствующей. И так далее по всем степеням в том же ключе, как мы говорили о помощниках или способствующих причинах соответственно. 

Об отдельных вышеупомянутых 21 способе, которые есть наисильнейший помощник и т. д. и которые наисильнейшим образом мешают. 

Отдельные, прежде упомянутые, способы следующим образом узнаются и распознаются:

Наисильнейший явный помощник или помогающая причина, когда планета, которая является сигнификатором вещи, в своем собственном доме, в углу в точной минуте с куспидом, директная, быстрая в движении, в рецепции и свободная от поражения или воспрепятствования, что в высшей степени редко встречается.

Очень сильный явный помощник, когда сигнификатор в своем доме или экзальтации, в углу в пределах градуса или двух от куспида, свободный от воспрепятствования и в рецепции, что очень редко встречается.

Сильный явный помощник, когда сигнификатор в своем доме или экзальтации, в углу в пределах 3 градусов перед куспидом или 5 после него.

Слабый явный помощник там, где планета в двух из своих меньших достоинств, в углу в пределах 5 градусов перед, или 15 после него, либо в своем доме или экзальтации, в последующем доме, свободная от поражения.

Более слабый открытый помощник, когда сигнификатор в своем собственном доме или экзальтации или двух из своих меньших достоинств, но в падающем доме фигуры, однако созерцающий асцендент. Наислабейший открытый помощник, когда сигнификатор в некотором из своих больших достоинств или в двух из своих меньших не созерцающий асцендент, либо в одном из своих меньших достоинств, но созерцающий его или присоединяющийся к планете, которая созерцает его и имеет в нем некоторое достоинство.

Наисильнейший открытый препятствующий, когда сигнификатор в месте, где у него нет достоинства, нет наслаждения, не воспринятый, осажденный двумя несчастливыми, падающий из угла и из асцендента, и еще хуже, если соединенный с какой-либо из неподвижных звезд вредной природы и т. д.

Могут быть другие помогающие и мешающие причины кроме тех, что мы упомянули, открытые и тайные, проистекающие из соединений планет и их аспектов, слишком скучные, чтобы здесь о них писать. Я также не буду здесь вдаваться в подробности обо всех тех, что упомянул прежде, но должен заверить тебя, что это девятое рассуждение, внимательно изученное, будет широко использоваться во взыскании истины и осторожном суждении, особенно, если ты всегда будешь внимательно следить за Луной. Ибо она из всех планет имеет наивеличайшее подобие и соотношение с низшими вещами и в общем, и в частном, как в разновидностях родов, так и в особях разновидностей, с ветрами, происходящими из-за ее ежедневного воздействия на все вещи, и частыми изменениями среди элементов и элементарных тел по причине близости ее орбиты к Земле и меньшего круга, чем у любой другой планеты, так что она выглядит посредницей между высшими и низшими телами.

И как мы видим, что в новолуние она представляется узкой, тонкой и малой, а впоследствии ее свет постепенно возрастает пока вся та часть ее тела, которая повернута к нам, не станет вновь наполненной сиянием, а затем опять уменьшается незаметными порциями пока она совсем не исчезнет, точно так делают все тела вещей разумных, неразумных и растительных, как то люди растут до тех пор, пока они не достигнут своего определенного роста, а затем клонятся и уменьшаются, пока не закончится их жизнь, и так со всеми другими вещами. Отсюда необходимо соотнести Луну с сигнификацией в каждом вопросе, натальной карте, предприятии и деле, и ее хорошее состояние показывает хороший исход вещи, и подобно в противном случае. Ибо ее сила и власть таковы и столь велики, что если господин асцендента или другой сигнификатор дела будет столь слаб и поражен, что он не сможет завершить это так, как ему бы следовало, если только она будет сильна, то это все же свершиться. Ибо она  является наставницей всех вещей, проводником влияний всех планет и своего рода посредником между ними, переносящим их силы от одной к другой посредством восприятия характера одной планеты и переноса ее к другой. И некоторые полагают, что она делает это все время, какового мнения был деспот Cylinus de Romano, viz. что когда она уходит от одной планеты, она берет силу и несет ее к другой, передавая ее первой, с которой встретится. И некоторые воображают, что и Zael[2] говорил так же, но его мнение не было совершенно таковым. Ибо он полагал, что Луна переносила то, что было передано ей, но если это не было так дано или передано ей, она не могла нести что-либо кому-либо, с чем и я согласен. Ибо когда Луна присоединяется к какой-либо планете, которая воспринимает ее, тогда та планета передает свой характер ей, которая несет его вместе со своим и дарует его той планете, с которой она первой встретится в каком-либо из ее достоинств, а не другой; в соответствии с афоризмом: "Планета не дает ничего в месте, где она ничего не обещает".

Продолжение


[1] Haly  – Гали – вероятно Гали Родан, известный ученый, математик, астролог-астроном, автор комментария к «Тетрабиблосу» Птолемея и «Centiloquium» (прим. ред.)

[2] Zael – Сал ибн Бишр ибн Хани, также известен как Заель Бенбриз, еврейский астролог, живший в IX веке (Прим. ред.).

 
[ www.astrol.ru | Телефоны: (495) 392-7606, (495) 710-1007 | Контакты ] [0.01216 сек.]
   
 


Яндекс цитирования